Понедельник, Декабрь 18, 2017
   
Text Size
новые флеш игры.

Мои лошади. Ретро. Часть 2.

Категория: Статьи о лошадях

Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 
Шаблоны Joomla здесь.
МОИ ЛОШАДИ

Дневник тренировок

Часть 5. Ретро-2


Предыдущие части:
1. Пролог
2. Учусь ездить верхом
3. Между учебной и спортивной
4. Спортивная группа
5. Ретро-1


(Красным в скобках выделены комментарии с позиции дней сегодняшних.
При клике на выделенные клички можно по ссылке узнать родословную лошади.
Повесть о Ретро была написана в 1987 г и издана в 1990-м г. самиздатом с иллюстрациями автора в количестве 3 экземпляра под названием "Сто дней рядом с Ретро". Прошу не судить строго, ибо автору на момент написания было 15 лет.)


Пятница, 12 декабря
       Сегодня приходилось седлать коня на моё седло. Я очень не хотела лишний раз травмировать ему холку. Да и устала очень сильно ещё до тренировки: в школе был тяжёлый день, а на базу пока через сугробы доберёшься – последние силы потеряешь. Нежелание седлать было столь велико, что, преодолев стеснительность (я старалась лишний раз с тренерами не контактировать), не побоялась подойти к Виктору Фёдоровичу и попросить разрешения отгонять сегодня Ретро на корде в «бочке». Удивлённо покачав головой, Фёдорыч разрешил.
       Так как «бочка» была занята – кто-то уже гонял там коня – пришлось ждать. Стемнело. Вывела Ретро. Он шёл во мраке опасливо, ко всему напряжённо прислушиваясь. Его настороженность передалась и мне. За забором из ярко освещённого манежа доносились возгласы спортсменов, команды тренера, храп и топот лошадей. А мы шли вдвоём в полной тишине и темноте.
       «Бочка» - территория диаметром метров 10-15, огороженная забором. Подобно цирковой арене, «бочка» служит удобным местом для работы лошади на корде. Лошадь бежит вдоль забора по кругу, не выдирая корду из рук человека, как это делал Ретро осенью. Особо послушных и опытных лошадей можно сюда выпускать вообще без корды, они прекрасно управляются голосовыми командами «Ры-ысью!», «Галоп!», «Ша-а-го-ом!», «Стой!».
       Я завела Ретро в бочку и выпустила корду подлиннее. Но конь не шелохнулся, замерев, как изваяние, и вслушиваясь в звуки ночи. Я пожалела, что не взяла хлыстик. Хотя в такой непроглядной тьме «будённовец» всё равно бы его не видел.
       Чтоб хоть как-то сдвинуть жеребёнка с места, взмахнула рукой и причмокнула. Эффект превзошёл все ожидания - конь как с цепи сорвался. Рванул галопом с места и, задрав хвост, принялся козлить на бегу и со свистом рассекать воздух, отмахивая задними ногами. Слегка потянула корду на себя, голосом стала успокаивать – ведь нельзя же с места сразу так рвать, сломя голову! Да куда там! Вместо успокоения и замедления, Ретро ещё наддал. Я стала его останавливать натяжением корды, потом – подёргиваниями… Но конь не внимал, всё быстрее и быстрее нёсся по кругу.



       «О-о-о-о… Ры-ы-ысью… Ша-а-а-го-о-ом!» Но эти знакомые слова сейчас не действовали. Ретро безумно продолжал наращивать скорость. И я растерялась. Не знала – что делать?
       Пусть носится, пока не устанет? А если упадёт? А вдруг нога между досками забора застрянет? Или загонит, запалит сам себя со страху?
        Остановить? Но как? Чем?
       Глаза привыкли к темноте, и теперь стало заметно, что скорость галопа достигла такой степени, что Ретро наклонился очень сильно, разве что боком не тёрся по земле, сопротивляясь центробежной силе.
       И вдруг его копыта соскользнули… Он грохнулся на бок на всём скаку. Не думаю, что падение было болезненным, ведь падать пришлось с небольшой высоты, да и на опилки приземляться не твёрдо. Но оно очень напугало и без того свихнувшегося со страху жеребёнка, и, вскочив, он с прежними силами рванул вскачь по кругу. Через какое-то время по неравномерности его галопа я догадалась, что он постоянно старался поменять ногу – устал. Но скакать контргалопом, с наружной ноги, он не мог – слишком маленький диаметр «бочки», а скорость велика. И потому в конце концов жеребёнок перешёл на рысь. Я голосом перевела его в шаг и поменяла направление бега, развернув коня в обратную сторону.
       Сначала рыжий рысил нормально. Но затем, словно спохватившись, опять понёсся вскачь. Однако в этот раз мне удалось легко его остановить - наверное, он уже устал. Я принудила его идти шагом, но он всё равно время от времени срывался в галоп, шарахался от чего-то и «козлил».
       Отшагивала его вне «бочки», в руках, вокруг конкурного поля, пока не отдышался. Так как снега не было, темнота сгустилась ещё больше. Ретро вздрагивал от каждого шороха, храпел – в общем, всячески трУсил. Но его можно понять: у лошадей вообще зрение неважное, и за каждым кустом в темноте ей чудится коварный враг. А Ретро же ещё совсем маленький, в такой обстановке впервые – один, без собратьев. И ещё это бельмо на правом глазу…



Суббота, 13 декабря
       Ездили в манеже. Коник работал хорошо, не бесился, старался, но голову и не думал сдавать.
       Сегодня занимались бегом «в руках»: по команде тренера спрыгивали с лошадей и, взяв их под уздцы, бежали рядом с ними рысью. По команде останавливались и на счёт «Раз… Два…» забрасывали поводья и садились в сёдла. И так – несколько раз. Выматывало это сильно.
       Ретро тогда ещё не умел бегать рядом с человеком «в руках». Не понимал, чего от него хотят, и шёл шагом. Я его звала, тянула, подгоняла хлыстиком. Но он, пробежав шагов пять-десять, снова переходил в шаг.
       А так как мы бегали в смене, то из-за нас вся смена была вынуждена шагать. Поэтому Виктор Фёдорович сказал, чтоб я вышла из смены и шагала «в руках» в центре манежа.

Вторник, 16 декабря
       Сегодня не выезжали из конюшни верхом, а выводили «в руках». Валил густой снег, дул ветер. Ретро шарахался, свечил. Я забыла взять хлыст и мысленно приготовилась к «весёленькой» тренировочке. И хоть села самостоятельно в седло, но мучилась в езде сильно. Он полтренировки пытался меня высадить, идя на всяческие ухищрения, пока мне не дали палочку. Жеребца точно подменили: работал безупречно, выполняя все мои требования, кроме одного – сбора.

Среда, 17 декабря
       Сегодня снова бегали «в руках». Ретро, умница, понял, что от него хотят. И мы с ним бегали в общей смене, никому не мешая. Ему даже понравилось так бегать (ещё бы – без груза на спине!). Он часто опережал меня и потом приостанавливался, поджидая.



Пятница, 19 декабря
       Что было в четверг, 18 числа, не помню.
       А сегодня ровно два месяца, как Ретро – моя лошадь! Какая же я счастливая! Кто ещё из моих ровесников может похвастаться, что у них в 14 лет есть кот (Рыжик), собака (Ярик) и конь (Ретро)?
       Жеребчик работал неплохо, но по-прежнему без сбора.

       В конце декабря конюшня стала испытывать большие трудности. Во-первых, не привозили новых опилок. По крохам конюхи извлекали из подвальчика жалкие остатки свежих опилок и развозили по денникам. Но вскоре и последний запас оказался исчерпан. С каждым днём старая подстилка приобретала всё более неподобающий вид. По конюшне начал разноситься запах аммиака. В конце концов было решено выгрести вонючие подстилки полностью.
       И кони встречали 1987 год на голом цементном полу. Да ещё и с пустыми животами. Потому что не могли подвезти зерно и сено. А виной всему была Чернобыльская катастрофа. Дончане поговаривали, что взрыв на АЭС повлёк за собой так называемую ядерную зиму, только в лёгком варианте. Зима просто свирепствовала. Никто из старожилов не мог припомнить более жестокой зимы в Донбассе.
       Снег завалил вагончик, где мы, девчата, переодевались. Открывали и закрывали дверь мы с невероятным трудом. От тяжести снега рухнула крыша сарайчика, где до недавних пор хранились опилки, и крыша откормочной конюшни. Метели продолжались до 20 апреля! А снег во дворе под навозными кучами окончательно растаял только в середине… июня!
       Транспорт по таким снегопадам не ходил – опилок не привозили, корма тоже, навоз скапливался в общественных кучах. За долгую зиму им завалили весь двор, и он возвышался на белом снегу коричневыми терриконами.
       Ко всему прибавилась нехватка фуража. Сена не было вообще. Порции овса потихоньку урезали. Конники, как волки, рыскали по конюшне, стараясь урвать для свой лошади добавки. При этом каждый считал, что именно его конь работает больше других, и именно он нуждается в повышенном пайке. При обеденной кормёжке дядя Коля мне подмигивал и досыпал Ретро овса немного «сверху»:
       - Он крупный конь и молодой. Ему надо ещё расти.
       Лошади стали худеть.
       Потом привезли машину какого-то грубого сена. Не сена, а каких-то палок! Но голодные животные набросились и на палки, враз их уничтожив.
       Положение улучшилось только к концу января.

       Во время голодовки я, пробираясь к базе через снежные завалы, не ленилась тащить огромную сумку, набитую всякой вкуснятиной, что была в тот день дома: сухарями, свеклой, морковью, капустой, яблоками…
       После езды заходила в денник и начинала шуршать кульками, извлекая свои запасы. Сначала жеребец без особой охоты принимал угощение – не привык к подобной пище. Но спустя всего несколько дней он уже с нетерпением ждал, когда же достану следующий кусок. И, торопливо выхватывая его из рук, жадно жевал, пуская слюни, и требовал ещё. В то время он стал есть всё. Жалея его, голодающего, скармливала даже свой кровный полдник – бутерброды с маслом и колбасой. Думаю, что наши взаимоотношения улучшились именно после этого испытания голодом.
       Помню, как однажды завезли полгрузовика опилок. Все тут же схватились за тачки, не дожидаясь конюхов, наперегонки растаскивая драгоценную древесину. Торговались – у кого больше, у кого меньше… Я еле-еле успела урвать полтачки опилок. Но дядя Коля – хороший человек! – уже успел насыпать Ретро целую тачку! Поэтому с недельку конь жил нормально.
       Помню, как берегли эти последние опилки, каждый день вороша их и надеясь на чудо. Но чудес не бывает: через неделю опилки превратились в грязную навозную жижу, и их выгребли.

Воскресенье, 21 декабря
       По поручению школы ездила на очередную олимпиаду, в этот раз – по русскому языку. И потому попросила отработать моего коня Ольгу Березуцкую. Она ездит лучше меня, с лошадьми не жестока, хоть и требовательна, и я была относительно спокойна.
       Когда пришла на следующую тренировку, Оля поведала следующее.
       Она прыгала в этот день на Ретро. Бросив повод, посылала его шенкелями на барьер, а тренеры сзади подгоняли бичами. Конь преодолевал невысокий «итальянчик». От всадника требовалось выслать лошадь на препятствие и вовремя подать корпус. Ну и подхватить потом повод, чтоб остановить лошадь.
       «Ретро прыгает очень хорошо. Он леноват, но толчок у него просто потрясающий. И группируется хорошо», - рассказывала Оля, и её слова наполняли меня гордостью за рыжего друга.
       - Ты молодец, - продолжала Олька, - ты хорошо с ним поработала насчёт сбора. Но потребовалась более сильная рука, чтоб подвести итог твоим стараниям. Он у меня в воскресенье собрался. Теперь у тебя дело пойдёт. Я дала ему понять, что от него требуется. Теперь ты – совершенствуй!

Среда, 24 декабря
       Спасибо тебе огромное, Олька! Потому что сегодня мне впервые удалось собрать Ретро! Сдав в затылке, он бегал всю тренировку! По сравнению с предыдущими маленькими победами эта была огромной! Я ликовала.
       (Конечно, сейчас уже никто не скажет, насколько тот сбор являлся сбором, а не банальным сбрасыванием с повода или уходом за повод. Никто не вспомнит – подводил Ретро зад в достаточной степени или бегал на переду. Скорее всего, о настоящем сборе речь не идёт. Потому что НЕ МОЖЕТ МОЛОДОЙ КОНЬ, даже хорошо продвинутый вперёд от шенкеля (а Ретро вряд ли был продвинут в нужной степени) бегать в настоящем сборе всю тренировку! НЕ МОЖЕТ! Но нам тогда казалось, что это состояние коня – и есть сбор. Удивительно, что тренперсонал никак не вмешивался в нашу самодеятельность. Сбор или подобие сбора, псевдосбор или «за поводом» - какая разница? Комментариев не было).
       Я стала замечать, что Ретро лучше сдаёт в затылке, когда бежит очень резво и импульсивно от шенкеля. С нужной долей энергии он бежал только за кобылами. Тогда я стала ставить его за Антенной и, пользуясь олькиными советами, весьма преуспевала в обучении коня.
       (Парадокс. Как может 15-летняя девочка (Ольке было тогда 15) научить правильному сбору лошадь? Научить грамотно понимать состояние сбора другую девочку, 14 лет – меня? Если по-хорошему никто её этому не учил? Но такова суровая реальность: моим тренером была моя малолетняя подруга!).
       Но потом у жеребца появилась ужасная привычка – скрипеть зубами, когда его заставляли сдать голову. Я пробовала максимально ослаблять повод, продвигать его сильнее ногой, затягивать повод… Тщетно! Я ехала по манежу под дикий скрежет зубов моего коня. Если вокруг стояла тишина, то этот скрип и скрежет зубовный разносился по всему пространству манежа и, конечно, долетал и до ушей Виктора Фёдоровича и других спортсменов. Но никто не делал мне никаких замечаний, не давал никаких советов. Почему? Вывод один: кто-то из нас здесь – временно. Или я, или этот рыжий конь. (В конце концов мы оба оказались на базе временными постояльцами).
       (Действительно – странное отсутствие реакции на явно выраженную проблему. Ниже курсивом - выдержки из современного интернет-форума, где спортсмены обсуждали подобную штуку у своих лошадей.
      " ...У нас так жеребец делал и мерин, когда им не нравилась жестковатая работа руками всадника, у одного скрипит зубами, у другого нет...
       ...сколько мне встречалось скрипящих, все скрипели от некомфортной работы рукой, либо в порядке протеста против растущей нагрузки (как нервное - то есть, можно сравнить с прикуской, как отвлечение от неприятных или болевых моментов). Бывало такое, что лошадь какое-то время работается, работается (особенно если манежной ездой), через несколько дней или недель, если нет достаточных прогулок, разнообразия в работе и если она мало расслабляется в работе, много работает в сборе или подводится к сбору, потом у нее начинает съезжать крыша от психологического утомления и начинаются такие вещи (говорят - "лошадь заманежилась"). Я думаю, что для молодой лошади это может быть справедливо. Усталость накопилась, разнообразия мало, а психика пока не готова к нагрузкам, даже если физика их нормально переносит...
       ...У меня конь раньше скрипел, когда злился и когда уходил за повод, а теперь скрипит, только тогда когда не доволен...
       ...и у меня скрипел, когда злился...
       ...То прекрасно бегает, а как только сбор или что-то еще, а настроения у барина нет - сразу скрип) Целенаправленный и громкий, чтобы слышала))...
       ...Ну а если желание работать есть - скрипа как не бывало; у меня, например, конь мог даже на хакаморе начать скрипеть, когда утомлялся и злился, или просто надоедало работать - это притом, что железа во рту не было...
       ...я бы отнесла скрип зубами к психологической привычке, что-то типа "нервничает". Правда, что с этим делать, не очень понятно...
       ...Мой скрипит только когда нервничает в работе..."

       То есть всё сводится к общим причинам: переутомление психики молодой лошади от однообразия работы и неумелых воздействий всадника. Спрашивается: ПОЧЕМУ ТРЕНЕР НИКАК НЕ РЕАГИРОВАЛ на этот ярко выраженный протест лошади? Почему не делал мне замечаний? Почему не подсказал, что и как делать, чтобы конь перестал бунтовать?
       Я подозревала, что что-то идёт не так, но подходить с вопросами к тренеру не решалась. Когда-то Березуцкая уже подходила к Павлу Васильевичу с подобным вопросом - ПОЧЕМУ АНТЕННА ПЕРЕКИДЫВАЕТ ЯЗЫК? (Сейчас-то я понимаю, что всё по той же причине - форсированный сбор и утомление). Ответ старшего тренера отбил и у неё, и у меня охоту задавать "глупые вопросы": оказывается, язык кобылка высовывала от... усердия и старательности! Дословно ответ ПВ: "Ты же когда уроки учишь - высовываешь язык, стараешься? Вот и она так же".
       Помню, Ольку это просто оскорбило: "Ничего я не высовываю, когда готовлю уроки!"
)

Суббота, 27 декабря
       Опоздала на тренировку. Все ездили на конкурном поле по снегу первый реприз рыси, а когда стемнело, двинули в манеж. Я к этому времени поседлала и отработала второй реприз вместе со всеми в манеже. Ретро работал хорошо, в сборе (неполном, конечно).
       (То есть я уже тогда понимала, что со сбором что-то не совсем то. Но что именно – осознать не могла. Не хватало опыта и знаний. И тренерского руководства. Потому и сомневалась – сбор ли это? И осторожно придумала термин - «неполный сбор» :))

Среда, 31 декабря
       Последний день старого года… Насыпало невероятно много снега. Весь двор завален сугробами от двух метров и выше.
(И это в наших степных южных краях, где толщина снежного покрова 10-15 см - уже редкость!)
       С утра тренерский состав не появлялся. И мы решили, что в честь праздничка ездить сегодня не будем. Инна Голуб принесла фотоаппарат с цветной плёнкой, и стала фотографировать свою серую Гамму.
       Я попросила, чтобы она щёлкнула на память моего рыжего: «Инна, пожалуйста! Ведь его продадут скоро, увезут. Я чувствую! И даже памяти не останется…» И Инна фотографировала меня с милым моим рыжиком.

Единственная фотка на память, где мы вместе крупным планом. Я её вырезала, обмотала плёнкой и сделала закладкой в школьном дневнике. Ретро - смысл жизни... Так трогательно и наивно...



Инна Голуб




Совсем не видно "сенного брюха". Сошло на нет. Теперь - стройняшка и красавчик


Вот такие неповторимые пятнышки меж ноздрей у Ретро - благодаря которым его не спутаешь  ни с кем


Капитальный двухлеточка! Дед Ретро - Рубидий - будённовец-полукровка огромного роста - 172 см! Внучок обещает не посрамить дедушку.


       Часам к 11 явились тренеры. Мы поседлали и выехали на конкурное поле. Светило яркое солнце. Ослеплял до слёз в глазах белоснежный покров земли. Мороз ощутимо щипал сквозь куртки, шарфы, шапки и перчатки – ведь мы одевались для езды в манеже. Но зато какая красотища – скакать по ослепительно белому снегу на ярко-рыжем, огненном коне!
       Лошади по запястья проваливались в снег. А на одной из боковых прямых снегу намело им по брюхо. И пока собирались все участники смены, мы развлекались, направляя своих коней в эти сугробы. Проваливаясь в бездонную глубину рыхлого снега, лошади пугались и, совершая неимоверно мощные прыжки, выскакивали из гиблого места. А мы, вцепившись в гривы и сёдла, со смехом устраивали снежное родео.
       Но вот на поле пришло начальство. Мы построились в смену и двинули неширокой упругой и подскакивающей рысцой. Поскольку кони, проваливаясь в снег, непривычно высоко задирали ноги.
       Вдруг какая-то из бежавших за мною лошадей взыграла, подпрыгивая, отбивая воздух и издавая неприличные звуки из-под хвоста. И Ретро не преминул «поздравить» меня с Новым Годом. Выпрыгнув резко вверх, в высшей точке со всей дури отбил задом, опуская голову. Стремительно скатилась с высоты его полёта в снег и потеряла повод. Это было странное ощущение – лететь метров с двух с половиной-трёх в мягкий, глубокий, нетронутый снег… под копыта беснующегося коня!



       Сугроб поглотил меня целиком, с головой. Ретро мгновенно перепрыгнул мою копошащуюся под снегом тушку и жизнерадостно понёсся по полю мощным галопом. Это было зрелище невероятной, редкой в наших безлошадных краях красоты: огненный конь скакал по глубокому снегу, утопая в нём и взметая тучи снежных брызг!
       Смена остановилась и наблюдала за скачущим Ретро. Я стояла, в восхищении разглядывая убежавшую свою лошадь и от восторга забыв отряхнуть с одежды снег. Упиваясь красотой живой картины, я внезапно подумала: «А ведь Ретро стал настоящим красавцем, высококровным скакуном! Давно ли он безразлично стоял, понурив голову, в ожидании, пока всадник вскарабкается ему на спину? Давно ли ленился ноги переставлять, лелея своё огромное пузо? А теперь он полон буйства, огня и воли к свободе!»
       Минут пять Ретро скакал, сломя голову, по снежной целине. Падая, я сдёрнула с его шеи повод, и теперь он болтался под ногами рыжего, свисая с морды. Повод тесьмяной, двойной, из парашютной стропы - очень прочный. Это не кожа, которая лопается от сильного мороза. А если конь ногой в повод попадёт? Что будет? Ужас! Или уздечку порвёт, или рот, или челюсть сломает, или ногу… И тогда – конец. Мясокомбинат. Ай, дружок, не поднимай же так высоко ноги! В петлю повода попадёшь!



       Жеребец, наконец, устал. Он взмок, потемнел и стал менять ногу на галопе. Ещё бы не устать. Столько носиться по глубокому снегу! Я надеялась, что он выдохнется раньше. Тренированный коник оказался!
       На конкурном поле есть две канавы для летних прыжков – глубиной метр-полтора и шириной около трёх или четырёх метров. Их полностью засыпало снегом.
       На всём скаку Ретро влетает в канаву передними ногами и мгновенно исчезает из глаз. Упал в канаву целиком, полностью ушёл в снег. Секунды, пока конь скрывался под белым покровом, показались мне, как говорится, вечностью. Оцепенев от страха, я решила, что он свернул себе шею… Сломал ногу… Погиб!!! И я в этом виновна! Ведь канава такая маленькая, упал он так неожиданно, на огромной скорости… Живым ему не выбраться!
       И тут он выстреливает вверх, как пробка от шампанского. До сих пор перед моими глазами эта эпическая картина: вскинутая в небо оскаленная рыжая голова с круглыми от ужаса глазами, вся облепленная снегом, и петлёй взметнувшийся над ней тесьмяной повод…



       Жеребец выскочил из канавы весь, полностью. Жив! Цел! И даже не хромает! Замеревшее сердце моё вновь забилось – аж в ушах стало пульсировать. По смене прошёл вздох облегчения, разразившийся истеричным хохотом. Хохотали спортсмены, пугая лошадей, хохотал Фёдорыч, смеялась я… А Ретро – мокрый, парящий, весь облепленный снегом – ткнулся в смену. Тут его и поймали.
       Я села в седло. Конь тяжело водил боками. Налипший снег быстро таял от пара, идущего от мокрой шерсти.
       После необычайного приключения жеребец работал отлично. Но когда смена начала галопировать, мне велели отшагивать и заводить в конюшню.
       - Он своё уже отбегал, - язвительно заметил Фёдорыч.

1 января мы отдыхали.

       А потом, до 11 января, у нас, школьников, наступили каникулы. На тренировки мы ходили с утра и занимались по снегу на конкурном поле. Эти дни оказались самые занимательные, самые захватывающие, но и самые жестокие.
       Мороз пробирал до костей, как ни кутайся. В вагончике-раздевалке у девочек перегорела печка. А стены – фанерные. Добираясь до базы с тяжёлой сумкой, сквозь мороз и сугробы, я согревалась от ходьбы. Но замерзала уже через пять минут после прибытия. Переодеваться в раздевалке, где температура воздуха равнялась уличной, было настоящей пыткой. Потому что хромовые сапоги задубели ещё с какого дня и разогреву не подлежали: ноги не могли их разогреть через несколько пар шерстяных носков. Да и носкам ещё предстояло набраться тепла от моих ног. Хотя бы внутренней паре носков. Куртка тоже обдавала арктическим холодом, как и шапка с перчатками. Ведь вещи хранились в вагончике.
       Дрожа, мы заходили в хрустящей от мороза одежде в относительно тёплую конюшню. В холодном деннике без опилочной подстилки я седлала голодную лошадь и выезжала на мороз. Через пять-семь минут, пока собиралась смена, я превращалась в застывшую сосульку. А кони от холода неугомонно «играли» и баловались, гремя закоченевшими телами всадников.
       Выходил из тёплой каптёрки Виктор Фёдорович и оптимистично интересовался всякий раз:
       - Ну что, замёрзли?
       Мы в ответ стучали зубами.
       - Погреемся?
       Снова в ответ лишь стук зубов.
       - Бросили стремя! Рысью марш! Веселее поехали!
       В процессе езды мы разогревались, негнущиеся пальцы приобретали утраченную гибкость, и кони работали очень даже хорошо.
       После работы шагали. Разогрелись тела – разогрелись языки. Бросив ледяные металлические стремена (от них через сапоги слишком быстро замерзали ноги), болтая руками, ногами и языками, мы весело проводили время, обсуждая лошадей, друг друга, музыку, школьных учителей и смешные случаи из жизни. У лошадей «усы» и взмокшая шерсть покрывались инеем и льдом и торчали белёсыми иголочками. При потряхивании мордой наледь на «усах» шелестела и позвякивала.
       Но довольно скоро мы снова начинали замерзать и закрывали рты. Каждый, съёжившись, старался слиться со своим конём, чтоб хоть как-то сохранить тепло.



       Наконец, желанная команда: «Заводи!».
       Наперегонки спешим в конюшню. У входа спрыгиваю с коня на землю. Заледеневшие, каменные сапоги не позволяют приземлиться мягко на носки, и от удара о грунт перетряхивает весь скелет. Подошвы не сгибаются. Только лопаются от удара.
       Завожу коня в денник, наскоро рассёдлываю, растираю суконкой, угощаю и смываюсь с глаз долой. Чтоб не застукал тренер и не дал седлать вторую лошадь. Ещё раз так мёрзнуть? Нет уж! Раза в день вполне хватит! Ведь сейчас пойду в вагон переодеваться в цивильное – а оно тоже ледяное! Остыло, пока мы ездили.

       Потом я стала замечать за Ретро ещё кое-что. Теперь рыжий уже не проходил спокойно мимо кобыл. Поначалу он, насторожив уши и похрапывая, стал провожать их заинтересованным взглядом. Но потом всё больше проявлял наглости: начал устремляться за кобылой, невзирая на мои требования прекратить. И только грубые действия всадника отрезвляли его.
       Я перестала ставить его в смене за кобылами. Мало ли что…

       Сейчас уже каждый день в подробностях не помню. В памяти сохранились лишь те дни, в которые происходило что-то необычное. Поэтому последующие записи будут носить характер отрывочный.

Суббота, 3 января
       Ездили во втором репризе самостоятельно. Бегая по кругу, лошади протоптали вдоль забора довольно хорошую тропку. Но при самостоятельной работе требовалось ездить не по тропкам, а по целине. По глубокому снегу. Ретро упрямился и не желал лезть в снег. Он уже запамятовал, как давеча носился, и снег ему не мешал скакать и падать в канаву.
       Делая вольт, жеребёнок вдруг вскинулся на свечу. И я опять, как тогда в манеже, начала падать, так как не ожидала ничего подобного, а свеча оказалась весьма крута. Что меня спасло в этот раз – не знаю. Усидела. Но Ретро и повторно стал на дыбы, когда завидел в двух метрах от себя мускулистый гнедой круп молоденького жеребца Глиссера. Но на второй свече я легко удержалась, она не была столь вертикальна.
       Виктор Фёдорыч, обратив внимание на свечи Ретро, велел мне стать на тропу и работать по кругу. Чтоб не сталкиваться с другими лошадьми. Это меня слегка зацепило: выходит, я не в состоянии справиться со своим жеребёнком. Но тем не менее выехала на утоптанную тропинку и двинула коня довольно широкой рысью, заставляя его сдать в затылке.
       Так как «будённовец» по своему обыкновению скрипел зубами, то все, мимо кого я проезжала, оглядывались. Я видела удивлённые лица. Но не понимала причину их удивления, пока Паша Страшок не произнёс нам вослед: «Во Ретро даёт! Собрался!»
        Так вот оно что! Ведь в манеже мы не могли отслеживать работу других лошадей, находясь постоянно в смене, друг за дружкой. И никто не видел постепенного превращения Ретро из телёнка в лошадь. А сегодня ребята увидели нас на, так сказать, качественном скачке. И поразились перемене.



Воскресенье, 4 января
       Поседлала на седло Болотской. Ездили сменой. Приехала моя мама с Яриком. Фотографировала меня на Ретро. Жаль, ни на одном из снимков он не получился в сборе, ведь бывали моменты, когда он выходил из него. И, как на грех, именно они и попали в историю.



Без стремян посадка даже более раскрепощённая. Потому, наверное, что глубже сижу. А то путлища вечно делала сильно короткими



Я на двухлетнем Ретро и Андрей Лукьянов на пятилетнем Серпе. Оба жеребца - будённовской породы



Юрий Олейник на тракененском Верном и мы с Ретро. Насколько высок и мощен двухлетний Ретро в сравнении с уже взрослым Верным. То ли ещё будет!


Андрей Ланкин на тракененском Плафоне, внуке знаменитого чкв Фиделио, и Елена Казакина на украинском верховом Хамире. И за их спинами - мы с Ретро.


Стремена, как всегда, задраны. Может, потому и из седла так часто вылетала - "сцепления" недостаточно?




       Однако мама не успела заснять интересный момент: во время смены направления Ретро, бежавший за мерином, вдруг вскинулся на свечу, резко развернулся на одной ноге и неожиданно оказался в опасной близости от Антенны. Я прочно и красиво сидела в этот раз на свече, но от кобылы увести гада не могла. На посыл шенкелями он не реагировал, а тянуть за повод было чревато опрокидыванием на спину.
       Олька двинула Антенну, та рванула вперёд, и только тогда Ретро опустился на все четыре. Я «вписала» ему хлыста. Он лениво отбрыкнулся и больше в этот день ничего не вытворял.

Среда, 7 января
       Сегодня снова едем В ПОЛЕ!!! И я – НА РЕТРО!!!
       Как и в прошлые разы – задворками, огородами выехали на луг. В лес углубляться не стали. Тут же, на лугу, где осенью свечил Пир и женщина ругала Валеру за жестокое отношение к лошади, и приступили к рыси.
       Снег лошадям чуть не по брюхо. Передвигаются в этом снежном плену они с напрягом. Особенно рысью. Я ехала за рыжим будённовцем (недавно выяснилось, что – дончаком) Заездчиком. Вообще-то Заездчик бьёт задом, если лошадь лезет ему на хвост. Но мы с Ретро держали дистанцию.
       Я снова на природе верхом на лошади! По белоснежной целине еду на собственном рыжем коне! Прямо стихи! Вот откуда берётся вдохновение – от сбывшейся мечты!
        За время первого реприза кони протоптали по окружности тропу, а внутри снег оставался нетронутым. Фёдорыч, верхом водивший смену, скомандовал «Шагом!» и куда-то уехал. А особо лихие всадники занялись весёлым делом – начали посылать своих лошадей в не утоптанный снег. В некоторых местах толщина его слоя достигала стремян.
       Я в первый и, наверное, последний, раз в жизни видела такое и сама принимала участие в веселье. Засыпанный снегом лес, снежная бездна под ногами коней и они сами – живые, тёплые, пышущие паром из ноздрей – свели меня с ума. Без разрешения тренера НЕЛЬЗЯ было так развлекаться! Но я поддалась общему ажиотажу. Не поддаться было просто невозможно!.. Кони, спотыкаясь, совались носами в снег… Из-под их тел взлетали снежные вихри…
       Ребята пустили своих лошадей по целине вскачь. И я рискнула сделать невероятное, на что не решилась бы ещё месяц назад – пустила своего рыжего вместе со всеми. Чувствовала – не хочет. Ему легче остаться с небольшой группой лошадей здесь, на кругу. Но пошёл, родимый, галопом по сугробам. А когда кони возвращались обратно, тоже чуть было самовольно не развернулся. Но нельзя было ему позволять делать, что хочется. Следовало проехать хотя бы метров 10 в прежнем направлении. Поэтому требовательно выслала его вперёд, не давая повернуть. В душе ожидала, что сейчас он от возмущения ка-ак шарахнет задом – и только пятки мои сверкнут.
       Но нет. Недовольный, Ретро всё же повиновался и даже не сделал попытки от меня избавиться. Я чувствовала, что он на грани срыва: ему ужасно не хотелось скакать по глубокому снегу, с грузом на спине и вдали от собратьев. Стал замедляться.
       Предотвращая его переход в рысь, поддела пятками, заставив ускорить галоп. Послушно прибавил. Тут же огладила его и развернула к лошадям. Однако конь не добавил скорости, возвращаясь к соплеменникам, как я надеялась. Всё тем же тяжёлым, подскакивающим аллюром он добрался, наконец, до желанной тропки.
       Прошло минут 5 и показался Фёдорыч. Он наверняка обратил внимание и на тяжело водящих боками наших лошадей, и на взрытую целину. Но ничего не сказал.
       Слишком уж соблазнительно всё кругом – и свобода, и снег, и лошади…
       Поехали второй реприз рыси. Ретро разогрелся на галопе и сейчас осатанело рвался на хвост Заездчику. Сдерживала его с трудом. Конь хотел работать – аж из-под себя выскакивал, танцевал на заду.
       И в конце концов «дорвался» - Заездчик, подбросив зад, ударил моего рыжего в грудь. В последние доли секунды, заметив вскинутый впереди жёлтый круп, дёрнула правый повод. Ретро отреагировал мгновенно и отскочил вправо. Поэтому копыто Заездчика прошло по груди вскользь. Крякнув, Ретро останавливается.



       Фёдорыч укоризненно смотрит на меня, а мне самой до слёз жалко своего жеребёнка. Он стоит в снегу по запястья и оторопело потряхивает головой. Жду, когда Заездчик основательно пробежит вперёд, и тогда становлюсь в смену. Стараюсь держать дистанцию в два корпуса, но глупый Ретро продолжает рваться вперёд.
       Всю тренировку я промучилась с ним, сдерживая его пыл. Однако усталость после работы в поле ничего не значила в сравнении с полученным удовольствием от поездки. Уж не буду повторяться о счастье поездить верхом по зимнему снежному полю. Скажу о Ретро.
        Он, действительно, начал перевоспитываться. Во-первых, когда слушаясь моих желаний, а не собственных, скакал по целине. Во-вторых, после удара Заездчика и недостаточного отдыха между репризами продолжал работать, да ещё и с полной отдачей. Уже не упоминаю, что, начиная с 24 декабря, он работал только сдав голову, в сборе. Сегодня-то уж точно не в полусборе, а в настоящем сборе – так уж задом толкался, чтоб Зайца (Заяц - Заездчик) догнать! Аж вылетал из-под меня.
       Будь с нами такая прогулочка пару месяцев назад – не выдержали бы. Ретро или бы плёлся у всех позади, путаясь в своих ногах, или, давно высадив меня, убежал бы в конюшню.
       К сказанному стоит добавить, что на «утоптанной окружности» лошади тоже бежали не по плотному грунту. Пусть не по грудь, но по запястья они проваливались! Приходилось выше задирать ноги.
       Ретро очень окреп физически. Даже такие нагрузки он теперь выдерживает. И не шатается, когда я на него сажусь. А отдыхать как следует не может – не полежишь ведь на голом холодном цементе!
       По возвращении в конюшню проверила конику копыта. Естественно, ничего в них не застряло – снег на ходу всё вычистил. И тут вспомнилось, что 25 октября, проверяя ему копыта после первой поездки В ПОЛЕ, страдала от того, что он наваливался на меня всей тяжестью, что приходилась на поднятую ногу. Не мог стоять на трёх ногах!
       А сегодня он, как любая нормальная лошадь, распрекрасно стоял на трёх ногах, и я спокойно расчистила ему копыта.



       Ещё интересный нюанс. Ездить на Ретро я начала с середины октября. В это время ноги лошадям уже не замывали – холодно. Поэтому, несмотря на белые «гольфики» на всех четырёх, копыта выглядели коричневыми.
       Побывав в снегу, копыта начисто оттёрлись от многодневной грязи и пыли. И я с удивлением обнаружила, что они у жеребёнка полосатые – разноцветными полосочками – кремовая, белая, розовая, светло-коричневая, и чуток – коричневая…
       Это, блин, плохо. Чем темнее окраска копыт, тем они прочнее. А очень светлые копыта гарантировали Ретро в будущем проблемы с ногами. Честно говоря, таких светлых копыт я никогда не видела. Даже у светло-рыжих и серых копытный рог – тёмно-серый, тёмно-коричневый, чёрный. И так жаль стало своего Ретрушку. Ведь для лошади нет ничего хуже уязвимых ног. Ноги – её жизнь.

        Коль речь зашла об экстерьере Ретро, добавлю наблюдений. Я совсем не обнаруживала в нём вертлявости. Не гибкости, нет. Гнулся он хорошо. В нём не было именно вертлявости. Его ровесники – гнедой Напарник и рыжий Поборник – производили впечатление игрушек на пружинах. Вечно у них зад вертелся в одну сторону, голова в другую, ноги на месте не стояли.
        А Ретро производил, особенно поначалу, впечатление доски. Вытянутая вперёд узкая шея, тонкая, плоская грудь, спина с выступающим хребтом, торчащие маклоки… И высаживал он, поддавая задом, как концом доски.
       Позже, когда он стал ходить в полусборе (а может и сборе, коль это так впечатлило спортсменов), то сделался мягче, гибче, да ещё подкачал мышцы, округлился, немного раздался вширь. Но всё равно вертлявости не приобрёл. По напору в работе напоминал мощную живую машину, которой незачем тратиться на мелкие телодвижения по сторонам.
       На нём становилось ездить приятнее с каждым днём. А если вспомнить о плавной, не тряской рыси – то Ретро – клад, а не лошадь!

       Ещё наблюдение. Я замечала, что у Ретро левый бок обычно более мокрый, чем правый. Сначала думала, что случайность. Или я неравномерно работаю – одна рука-нога воздействуют сильнее, чем другая. Однако потом в книге прочла, что у лошадей прирождённая асимметрия тела – правая сторона больше развита, чем левая. И потому молодым лошадям свойственно немного бочить на бегу и галопом легче идти с правой ноги. Рекомендовалось слегка перемещать центр тяжести всадника на левую сторону, чтоб она догнала в развитии правую. Я последовала этому совету, и через какое-то время Ретро стал потеть одинаково с обеих сторон.

       В середине января произошло ещё одно событие.
       Как-то, идя по коридору конюшни, заметила, что Олег Иноземцев (Зёбер) седлает своего гнедого латвийца Лаураса на новенькое седло – светло-оранжевое, с высокой передней лукой и очень узкое. Как раз для ретриной спины!
       По горло намучившись со своим нескладным седлом, я, обычно патологически тихая и скромная, подошла к Зёберу и нагло заявила:
       - Виктор Фёдорович велел, чтоб мы поменялись сёдлами. У Ретро холка тонкая, ему нужно узкое седло. Как у тебя. А твой Лавр – жирный, ему пойдёт седло с Ретро.
       Я блефовала потрясающе рискованно. Потому что Фёдорыч, конечно, ничего такого не говорил. Он вообще был не в курсе. Зёбер посмотрел на меня недоверчиво и процедил:
       - Ха! Ищи дурака! Новое седло менять на рухлядь!
       И тогда я пошла ва-банк:
       - Не веришь – спроси у Фёдорыча. Но если он увидит, что я сегодня снова поседлала Ретро на старое седло – знаешь, что тебе будет?
       Фёдорыч вряд ли вообще сильно приглядывался, кто кого на какое седло поседлал. Но эта фраза подействовала. С величайшим сожалением Зёбер отдал седло, потребовав назад свой новый потник, новые подпруги и путлища со стременами.
        Я живо поменялась, пока никто не стал свидетелем нашей сделки. Пусть у меня остались старый затёртый потник, тоже затёртые подпруги и путлища. Но новое, отличное седло, впору пришедшееся на Ретро, находилось в моей собственности! С этого дня уплотнение на холке Ретро медленно, но уверенно пошло на убыль.
       Однако ещё не всё. Следовало как-то ввести в курс Фёдорыча. И чтоб он не узнал, как дерзко я воспользовалась его именем для достижения своих целей.
       - Виктор Фёдорович!
       - Что?
       - Я сегодня с Иноземцевым поменялась сёдлами. Потому что мы решили, что его седло лучше подойдёт узкой холке Ретро, а моё – широкой спине Лаураса.
       Фёдорыч усмехнулся и поторопил:
       - Давай действуй! Седлай!
       Интересно, он догадался, что Зёбер не добровольно расстался с новёхоньким седлом?
        С этого дня я уже могла не волноваться за Ретро. Крепкое, ладно сбитое седло подошло на его спину, словно его изготовили на заказ. Я была в восторге от удачной сделки – наконец-то мой конь не будет страдать!

       В четверг, 8 января, по всей базе не было света, и лошади стояли. А в пятницу, 9 числа, я упала с Ретро в десятый и последний раз в жизни.

Пятница, 9 января
       Этот день запомнился до мельчайших подробностей. Он был настолько наполнен экстримом, что я даже описала его по горячим следам в отдельном рассказе – «После дня отдыха».
       Поседлав своего жеребца, верхом выезжаю из конюшни. У выхода на улицу стоят рыжая Разгадка и каштаново-рыжая Заноза. Учуяв кобыл, Ретро тут же вскидывается на свечу и, получив по заду хлыстом, начинает бочить и отбивать «козлы». Заметно, что он вчера не работал – энергия из него фонтанирует.
       Пронесясь на галопе мимо Сергея Волощука с его Занозой, возглавляю смену и еду на конкурное поле. В хвост Ретро пристроился Варлам на Заездчике и за ними – Ольга на Антенне. Далее подтягивается вся смена.
       Вдруг впереди что-то грохает. Мой жеребчик шарахается с плотной дороги в сторону, в глубокий снег, и тут же проваливается по брюхо. Рядом оказываются тоже отпрыгнувшие Антенна и Пир, который по своей дурной привычке лепит свечу за свечой.
       Почуяв близко кобылицу, Ретро взыграл, но мне удаётся вернуть его на дорогу. Впереди машет рыжим хвостом Разгадка, а сзади вернулась на дорогу Антенна. Как говорится, «меж двух огней»… Не смотря на свёрнутую набок поводом голову, Ретро боком пританцовывает и ломится вперёд в надежде добраться до Разгадки.
       Въезжаем на конкурное поле. Утопая в снегу, Ретро возбуждён присутствием кобыл и никак не угомонится. Хочу поставить его за мерином, но, оглянувшись, замечаю, что на поле в снегу тонут только три лошади – Антенна, Ретро и Разгадка! Молодые жеребчик и кобылки. Ох уж эти кобылки – совсем вскружили голову моему жеребёнку!
       Слышим, кричат:
       - На учебное поле!!!
       Стремясь попасть на выход впереди кобыл, поднимаю Ретро в галоп. Лошадь подо мной делает страшные по мощи скачки, выпрыгивая из снега и снова погружаясь в его глубины.
       У выхода с поля зовёт нас Рома Манзюк, сидя на… гнедой Папиросе! Очередной кобыле! Причуяв новую подружку, Ретро выходит из повиновения и пытается меня высадить. Получает несколько ударов хлыстом и несётся куда глаза глядят. А глядят они у него известно куда – в поисках невест.
       До последнего выбрав повод и работая шенкелями, проношусь мимо кобыл, жеребцов и меринов на учебное поле. Пролетевший, как пушечное ядро, мимо смены Ретро вызывает в ней целый взрыв эмоций – как лошадиных, так и человеческих.
       А на учебном поле неторопливо прямо перед носом «будённовца» мирно рысит Заноза. Вмиг забыв про хлыст, Ретро меняет направление и устремляется за ней. Ага, кто ж тебе даст, дружок? Заворачиваю его в гущу меринов.
       Происходит небольшая свалка, из которой постепенно вырастает смена. Нас с Ретро вытесняют в хвост, пока впереди не оказывается Разгадка. Очередной раз схитрив, отправляю вперёд себя Зёбера на более спокойном Лаурасе и пристраиваюсь за ними.
       Итак, кобылы «ликвидированы». Но сзади, за хвостом Ретро, дурит Пир. Бедная Танька Исакова едва сидит на нём. То мерин неожиданно вмажет задом в небо, то запрыгает «козлом», то начнёт свечить без передышки… Ретро, видя за собой такое неугомонное бешенство, берёт с Пира пример и повторяет его выкрутасы. Я ничего в этом хорошего не вижу – есть только отличная возможность вылететь из седла.
       По утоптанной дороге прорысили круга четыре. Пир, издавая неприличные звуки задней частью тела, бьёт «козлы», Ретро, испугавшись, стартует в галоп, обгоняя Лаураса и приближаясь к Разгадке. Занятая его усмирением, не вижу, что произошло сзади.
       Задрав хвост, высокими прыжками по глубокому снегу скачет Пир. Танька лежит у забора, над ней склонился Фёдорыч. Оказывается, она вылетела с коня, а нога застряла в стремени. Пир понёсся и потащил по снегам Таньку за собой. И со страху начал отбивать свой волочащийся груз задними ногами. Таня удары копыт выдержала, а её сапог – нет. Порвался. Зато освободил её от стремени и задних ног Пира.
       Давно известно, что кони так устроены: увидев неповиновение одного, каждый следует его примеру. В смене происходит сумятица, после чего она распадается на отдельных беснующихся лошадей.
       Пир подбегает к Антенне. Спасаясь от Занозы, Папиросы и Разгадки, нечаянно очутилась рядом с ними. Ретро, было, вскинулся в свечку, но я быстро пресекаю его замысел и возвращаю на дорожку. Взвизгнув, Антенна бьёт Пира. И тогда мерин оставляет её в покое и пристраивается в хвост Ретро. Так мы и проходим на тихой рыси полкруга, давая возможность всем успокоиться. Ретро убегает, высылаемый, а Пир не спеша трюхает следом.
       И тут меня осеняет безрассудная мысль: «Самое время развернуться и подхватить повод Пира!» На моих глазах спортсмены не раз проделывали этот трюк. Но я совсем забыла, о каких лошадях шла речь тогда и на ком я еду сегодня!
       Разворачиваю своего жеребца мордой к Пиру. Но даже не успеваю прицелиться, чтоб схватиться за повод. Потому что Ретро решает подраться с Пиром и, воинственно всхрапнув, вскидывается на дыбы. Пир принимает вызов, не долго думая. И завязалась бы драка, если б Олег Подкорчук не упал с Ритма и не упустил его. Вороной жеребчик, словно чёрное пушечное ядро, носится по белому снегу, взрывая его фонтанами снежных брызг.
       Два неуправляемых коня на поле, один из которых – молодой жеребец, уже очень опасно. Фёдорыч становится на выход и велит нам по одному, в первую очередь – кобылам, не создавая суеты и паники, выезжать с учебного поля и переходить на конкурное. Теперь уже Ритм с Пиром вдвоём носятся по снегу, задрав хвосты и заложив уши.
       Ретро неутомимо «выделывается», не оставляя меня ни на секунду без напряжения. Не конь, а пороховая бочка с зажжённым фитилём!
       Подвожу его к выходу. Здесь неспокойно – столпилось порядочное количество всадников, которые один за одним, на ходу усмиряя беснующихся коней, покидают учебное поле.
       Вдруг сюда примчался Ритм и «закупорил» выход. Боком наскакивая на всех подряд лошадей, заложив уши и выгнув шею, не даёт возможности выйти прочь.
       Внезапно атакует Плафона. Гнедой мерин шарахается и оказывается позади Ретро. Моя лошадь яростно, с визгом поддаёт задними ногами, и доносится испуганный крик Варлама: «По ноге!!!»
       Тут Ретро делает красивую, очень продолжительную свечу, размахивая передними ногами. А я довольно прочно и удобно сижу на его спине, чем горжусь и радуюсь. Но лишь жеребец опускается на все четыре – жёстко высылаю его в галоп. На галопе прорываю оборону на выходе и, взметая снег, несусь на конкурное поле.
       Тут перевожу разгорячённую лошадь в шаг. На этом поле протоптанных тропинок нет – всё замело свежим снегом. И жеребец плетётся, как говорится, «по колено в снегу».
       Впереди нас вырисовывается Разгадка. Жеребчик приподнимается в свечу. Я, как положено, подаю корпус вперёд. И вдруг Ретро могучим толчком задних ног мощно выстреливает своё тело вверх и вперёд, и в высшей точке полёта поддаёт задом. Невероятно легко и быстро скатываюсь в снег, вцепившись в повод мёртвой хваткой. Кажется, ничто не могло бы тогда вырвать его у меня из рук.
       Проклятый жеребец начинает крутиться и таскает меня вокруг своей «оси». Мои ноги, потонувшие в снегу, перепутались с его ногами. И уже ни вижу ни своих сапог, ни его копыт, ежесекундно ожидая, что он на меня наступит. А рыхлый глубокий снег не позволяет быстро вскочить на ноги, держа в своём зыбком плену.
       Наконец, удаётся встать. Невдалеке замечаю участок уплотнённого снега, наступаю – меня выдерживает. А Ретро провалился, и стремя теперь не выше моего колена.
       Пытаюсь сесть в седло, но разгулявшийся жеребёнок взметается в свечку. Дёргаю его железом по зубам. Опустился, стоит, позволяет забраться себе на спину.
       Становлюсь в смену за Плафоном. Тут подходят тренеры (Свидерский и Ткаченко), всё это время ловившие на учебном поле Ритма с Пиром и, к счастью, не видевшие моего падения. Начинаем рысить.
       Проехали пару кругов. Впереди по смене, в дальней части поля, останавливается Ритм и начинает неистово свечить, картинно вытягивая передние ноги. Я насчитала восемь свечек подряд. Бедный Олег просто повис у вороного негодяя на шее, прилип к ней.
       - ВПЕРЁД ЕГО!!! ВПЕРЁД!!! – страшным голосом орёт Фёдорыч, чтоб долетело через всё поле.
       Этот непривычный рявк Фёдорыча пугает даже Ритма, и коник, наконец, двигает вперёд, увлекая за собой смену.
       Варлам, ехавший за Ритмом, самовольно покидает опасное соседство и втискивается между Ретро и Плафоном. Я старалась держать дистанцию, так он и воспользовался. Всунувшись с Разгадкой перед нами, он, обернувшись, начал канючить о том, как страшно я свалилась, как удивительно, что Ретро меня не растоптал – потому что со стороны казалось, будто я целиком в снегу, и мне там хана наступила.
       Осознав, что перед ним уже не мерин, а кобылица, Ретро опять возбуждается и начинает выделываться. И мне уже всё равно, что там вещает Варлам – в ярости посылаю его вместе с кобылой ко всем чертям.
       Пробегая мимо места, где высадил меня, Ретро повторяет удавшийся манёвр. Но я лишь слегка сваливаюсь ему на шею и «прописываю» хлыста, так как предвидела ситуацию, ожидая от коня неповиновения в любой момент, а особенно - в этом месте.
       Только выпрямляюсь – и новый страшный прыжок вверх-вперёд с ударом задом в высшей точке. Предчувствуя наказание, жеребец вырывает голову и несётся вдоль забора, зарываясь по брюхо в снег и выпрыгивая из него подобно дельфину.
       Еле удержавшись в седле, с трудом принуждаю разбушевавшегося коня к дисциплине. Набираю дистанцию от других лошадей метров в пятьдесят. Ретро расслабляется и, сдав голову, только скрипит зубами.
       На Пира вместо Тани садится Рита Минажетдинова и становится в промежуток между Ретро и Разгадкой. Теперь держу нормальную дистанцию, в пару корпусов.
       Через какое-то время следует команда «Галопом марш!». По уже вытоптанной дорожке лошади идут красивым,  собранным галопом. Но на одной из боковых прямых, за которой стоит снегозадерживающая стена сарайчика, снегу намело особенно много, и его так и не утоптали. Кони там проваливались выше запястий. Тут Ретро действовал, как и другие лошади – прибавлял мощи галопа, делая махи настолько высокими и широкими, что казалось, не скачет – ЛЕТИТ!
       После тренировки это был конь как конь – ласковый, добродушный, игривый. Спокойно дал себя расседлать, с аппетитом уничтожил несколько яблок и принялся мирно шуршать сеном в полутёмном деннике.
       На улице валит снег, трещит мороз и - темнота. А в конюшне – тёплый лошадиный дух, тихий шелест сена и редкое всхрапывание-пофыркивание кого-то из четвероногих постояльцев.
       И не верится, что эти замечательные мирные животные только что носились по снежному полю, не управляемые ничем и никем, кроме инстинктов…

       Потом мне захотелось выведать родословную моей лошади (любознательный ребёнок, однако!). Вот всё, что удалось узнать от тренеров: мать Ретро – чистокровная кобыла, отец – «будённовец» по кличке Ранчо. Значит, Ретро – полукровка. А это уже получше чистого «будёхи» - и резвости, и выносливости больше. Сначала я даже не поверила Фёдорычу. Думала – шутит. Если у жеребёнка дурацкая кличка среднего рода – Ретро, то и отец у него с такой же несуразной кличкой среднего рода – Ранчо.
       Но через несколько месяцев вычитала в журнале «Коневодство и конный спорт» №12 за 1987 год, что «Ранчо – великолепный жеребец 1976 г.р. от Рубидия и Чистой будённовской породы»», и что он – производитель на конном заводе им. 1-й Конной Армии (на спине Ретро – тавро этого завода). И что Ранчо – единственный конь, прошедший нулём дистанцию полевых испытаний на соревнованиях по троеборью на Кубок СССР в каком-то там году.
       Следовательно, дед Ретро – Рубидий, бабка – Чистая.
       Но в январе 1987 г я ничего этого не знала, кличка Ранчо вызывала лишь подозрения, что меня обманывают, и потому я не могла гордиться происхождением моего коня. Но всё равно его любила, жалела и прощала ему все выходки.
       (Спустя 4 года, в 1991-м, довелось беседовать с мастером-тренером Иваном Верховодом на Ростовском ипподроме. Позволю себе процитировать саму себя из дневника той поездки в казачью станицу.

       « - Я – мастер-тренер скакового отделения завода 1-й Конной Армии. Зовут меня Иван Петрович Верховод. «Буденновцев» готовлю к скачкам.
       - А Ранчо вы знаете? – вдруг забилось у меня сердце от нахлынувших воспоминаний.
       - Конечно. Я скакал на нём. Он от Рубидия и…
       - Чистой! – подсказала я.
       Верховод удивлённо уставился на меня.
       - Да, и Чистой. А Чистая – от Чудесного, - продолжал он.
(Должна сказать, что тут мы с мастером слегка ошиблись. Чистая - напрямую от Чимкента, без всякого Чудесного. А в Чимкенте намешаны чистокровки, дончаки и тракены - классика становления будённовской породы!).
       - А Чудесный – от Чимкента, - подхватила я весело.
       - И Стихии… - всё больше удивлялся тренер.
       - От Стихии? Вот этого я не знала.
       - А Стихия – от Сингапура
       - У меня в работе жеребёнок был, сын Ранчо. Здоровенный такой, харАктерный. Звали его Ретро. Вы не слышали?
       - Нет, о Ретро не слыхал. Но Ранчо – это класс! Резвейшая лошадь. Если б его у меня в завод не забрали, я бы его на рекорд подготовил. А сейчас он в спорте блистает.
       - Да, - говорю, - в троеборье. В журнале о нём читала. Так и написано: «Великолепный жеребец Ранчо обеспечил ему успех…»
       Мы довольно долго ещё беседовали с Верховодом – и на тему Ранчо (мы с ним «спелись»: видимо, я покорила мастера-тренера своими познаниями родословной его любимца), и на разные другие. Он рассказал о том, как дошёл до мастера-тренера.»

       Интернет раскрывает многие тайны. И вот уже полная родословная Ретро – в открытом доступе. Что ни имя – то легенда. Золотой генофонд СССР!
       А мать Ретро - Рампа - оказалась не чкв, а полукровкой, но зато внучкой знаменитого послевоенного производителя Бимса).

       Ретро мне нравился за высоконогость и прыгучесть, за яркую рыжую масть и красивые белые отметины.
       Жалела его потому, что он был такой нескладный, что хотел казаться взрослым и опытным, но у него всё выходило смешно.
       Однажды во время уборки денника вывела его в проход конюшни и поставила на развязки. Через какое-то время рыжий заскучал без дела стоять и, вытянув шею, принялся обнюхиваться через решётку денника с гнедым англо-рысаком Аданом. И я залюбовалась "будённовцем": очень длинная шея с аккуратно подстриженной ещё макеевскими девчатами гривой, грациозно изогнувшись, завершалась красивой головой с поставленными домиком ушами. Вид портил только правый глаз с голубым налётом бельма.



       Ну как было не любить такого коня! Ведь в его глазах я ни разу не видела злости. Хотя лошади давным-давно служат человеку, но при плохом обращении среди них встречаются экземпляры злобные, непокорные, агрессивные. Ретро же бесился, пытаясь сбросить всадника, не из чувства мести или ненависти. Он просто жаждал свободы и самостоятельности. В начале нашей работы, осенью, – отдыха от нагрузок. А, окрепнув физически, стал хотеть одного – свободы!

       Дни с 9 по 28 января совершенно не помню в подробностях. Охарактеризую их в целом.

       Пару раз удавалось тайком от тренеров выезжать за территорию базы - по дачным узким улочкам до пивзавода. Оказывается, мальчишки повадились это проделывать регулярно в отсутствии тренперсонала. Поначалу мне очень страшно было к ним присоединяться, потому что я боялась вызвать гнев руководства и быть с позором изгнанной с КСБ. Но подруги подбили-таки на грех - мол, всех не выгонят. И мы славно покатались по заснеженным пространствам. И только страх разоблачения портил настроение от таких замечательных выездов. Интересно, что на свободе Ретро ни разу не бесился и не пытался от меня избавиться. Наверное, ему самому осточертела одна и та же картина манежа, и он отвлекался на рассматривание новой местности.

       11 января закончились школьные каникулы, и мы стали заниматься опять по вечерам в манеже.
       Тренперсонал увеличил нагрузку. Теперь на протяжении всей тренировки мы почти совсем не брали стремя. Увеличили нагрузку и на лошадей – мы начали часто чередовать рысь с галопом , а в конце тренировки делали обязательных двух – или трёхминутный галоп в полевой посадке (естественно, без стремян!).
       Однообразие работы изматывало психически, а увеличившаяся нагрузка – физически.
       Не знаю, как другие спортсмены, но я уставала очень сильно. (Конечно, ведь я старалась хорошо учиться и не пропускать уроки! Может, другие ребята могли себе позволить пойти в школу не к 8 утра, а то и совсем прогулять, отлежаться в постели, отоспаться. Но я этого сделать не могла – чтоб не огорчать родных, чтобы не нахвататься «двоек»).
       Однако мы ездили. Ежедневно. В одно и то же время. Стабильно. И не было просвета. Только усталость, дикая усталость – физическая и моральная.
       К 8.00 – в школу. Из школы домой – в 14.00. На тренировку – к 15.30. А добираться больше часа – тремя транспортами и пешком 20 минут. (А ещё учесть надо, как ходил транспорт при СССР в плохую погоду, и что не было маршруток – только муниципальные трамваи, троллейбусы и автобусы).
       Седловка в 16 и 18 ч. (две лошади, хотя и не всегда). Домой возвращалась к 21 ч, а то и позже. Нужно было делать уроки и ложиться спать, потому что к 8.00 – в школу. И так – по кругу… О личном времени молчу – его не было. Посмотреть телевизор, почитать книгу, сходить в гости, помочь с домашними делами – некогда! Только в понедельник, когда на базе выходной, или во вторник, когда у меня УПК в школе.



       Приезжая на базу, я всякий раз стала надеяться, что по какой-либо причине тренировки не будет. Иногда это случалось: не было света.
       Но в основном происходило так. Приползаю в вагончик, переодеваюсь, тащусь в конюшню и, вычистив Ретро, возвращаюсь в вагончик подремать, сидя где-нибудь в углу. Пока не зайдёт вечно жизнерадостная Таня Исакова и, отряхивая снег с сапог, сообщит: «Седлать!». Она постоянно болталась в конюшне и была нашим информатором от тренера. Вздрагиваю, просыпаюсь, беру седло, уздечку, хлыст, салфетку и плетусь в денник к рыжему.
       Как хорошо, что природа наградила его мягкой рысью! Я не представляю, что было бы со мной, имей он неудобный, тряский ход. Ведь на удержание правильной посадки на тряской лошади тратится уйма сил, а у меня их на то время не было никаких. Впрочем, впоследствии я полгода ездила на неимоверно тряской кобыле Амге, в том числе и без стремян, и отлично себя чувствовала. Но это, полагаю, давала себя знать закалка, полученная в эту зиму на Ретро.
       Много раз я собиралась пропустить одну-две тренировочки, а там и совсем бросить это мучительное занятие. Но вставал перед глазами рыжий конь, и я снова неслась к нему.

Ты, мой конь, наверно, очень рад,
Ждёшь меня, красавец мой гнедой.
Несмотря на множество преград,
Я иду к тебе - прекрасный, молодой.

По тропинке, через лес и луг,
Через город, дымом загрязнённый,
Где моторы там и тут ревут,
Я иду в рубашке пропылённой.

Чтобы оседлать тебя, любимый,
Чтобы ты побегать вволю мог,
Чтобы, распустив по ветру гриву,
Ты летел, не чуя под собою ног.

А потом усталый, но счастливый,
Ты будешь нежно сахар брать из рук,
И, радостно потряхивая гривой,
Проситься вновь пойти со мной на луг!

       Эти стихи сочиняла я ещё в 1985 году, не о Ретро. Они писались о мифическом, несуществующем коне. Я тогда и ездить-то верхом не умела как следует. Но во время, о котором пишу, они полностью отражали моё отношение к лошадям.
       Помню, поседлала Ретро и выехала из конюшни верхом. Спортсмены, седлавшие молодняк, подъезжали к манежу гуськом, осторожно и аккуратно, так как вдоль единственной тропинки, ведущей в манеж, лежали сугробы выше конского роста. К тому же в четыре вечера уже темнело, и мы боялись за молодых лошадей, потому что они очень горячи, пугливы и неосторожны.
       В манеже в это время прыгали троеборцы на видавших виды взрослых лошадях, хорошо выезженных. Когда я находилась уже метрах в пятнадцати от входа, в манеже внезапно погас свет. Из тёмных недр манежа послышался испуганный топот и храп лошадей. Наши лошади почуяли опасность в этих сигналах старших собратьев. И тут я увидела, что такое ТАБУН.
       Враз все лошади сорвались и понесли в конюшню – единственное место, где есть спасение от неизвестной опасности. Вослед нам помчались лошади троеборцев: ребята стали потихоньку выезжать из манежа, но их опытные кони, завидев наш паникующий конский табунок, и сами возбудились и рванули следом. Натыкаясь на сугробы, кони давили и толкали друг друга на узкой тропе, визжали и лягались. Но общий поток, который всадники пытались вразумить и успокоить, нёсся в едином порыве – домой, в конюшню, скорее!
       И всё же удалось нам приглушить инстинкты испуганных коней, и в конюшню все въезжали шагом. По цепочке пронеслось: «Света нет и не будет! Рассёдлывай! По домам!»
       Я тогда очень обрадовалась – ОТДЫХ! Расседлала Ретро, угостила и ушла. Зато «будённовец» остался очень недоволен. И недовольство выражал стремлением выскочить из денника. Увеличение нагрузок уже не утомляло его. Он мог и хотел бегать. Все сомнения отпали: Ретро стал отличной ЛОШАДЬЮ!

28 января
       Мы с Леной Колесовой вышли из дома за 2,5 часа до седловки. Но трамваи в нужную сторону не ходили. Тогда мы сели в ближайший, шедший в обратном направлении. Там можно было выйти на одной из остановок и пересесть на автобус № 28.
       Помёрзли на остановке минут 20, но автобуса так и не дождались. Потом выяснилось, что 28-й тоже не ходит. Тогда мы снова сели на трамвай в том направлении, куда они ходили. Можно было доехать до конечной трамвая и пересесть на троллейбус № 11. Путь значительно удлинялся, но по-другому добраться до конюшни не получалось.
       Однако приблизительно на середине пути, на площади Будённовской, трамваи вообще перестали ходить хоть куда-нибудь. Пришлось продолжить путь пешком в надежде покрыть за час нужный километраж.
       Мы уж прошли пару остановок, как вдруг поехали трамваи… в обратном направлении, как мы с самого начала планировали и привыкли добираться до КСБ. Прыгнули в первый же вагон. Он вернул нас назад на две остановки, до площади Будённого, и сломался!
       Тогда мы пошли к ближайшей остановке автобуса № 28, всё же надеясь его дождаться. И вот он едет! Но… не дотянув до нас, сворачивает в сторону и останавливается где-то там. Нам объяснили, что остановка 28-го была недавно перенесена. И, ругаясь на чём свет стоит, мы потащились на место новой остановки.
       Наконец, подъехал автобус, и мы погрузились. Ура!!! Теперь минут через 10 нужно будет выйти и пересесть в троллейбус. Подъехать ещё две остановки и уже идти пешком километра полтора.
       Троллейбусы, естественно, не ходили. И мы эти две остановки, как и последующие полтора километра, шли пешком…
       Давно стемнело. Дорога опустела – окраина города. А мы шли, бежали и снова шагали, в тёплых шубах, по глубокому снегу, волоча тяжёлые спортивные сумки.
       На удивление, к седловке я успела. А Лена опоздала. Её группа уже заканчивала тренировку. Я же ворвалась в вагончик под танино объявление: «Седлать!»
       Со скоростью звука переоделась, почистила коня, поседлала и выехала одновременно со всеми.
       Сегодня Ретро работал, как никогда. Мало того, что чётко выполнял все мои команды. Мало того, что бегал в сборе и с постановлением заходил в углы – это он умел давно. Хоть и выполнял не так охотно и старательно, как сегодня. Главное – на этой тренировке он СОВЕРШЕННО НЕ СКРИПЕЛ ЗУБАМИ!!!
       Не знаю, почему! Совсем не знаю! Но это было так. Последняя моя маленькая победа над непростым характером этого чудесного коня – рыжего двухлетнего жеребца Ретро.
       Потом я заболела. (Ещё бы не заболеть – с такими испытаниями добираться на тренировку в студёную погоду!). 29 января рыжего вместе со всем молодняком напрыгивали. Опять без меня! О результатах напрыгивания ничего не знаю.

Среда, 4 февраля
       После болезни торопилась на базу со всех ног. Как он там, мой любимый, перевоспитанный, без меня поживает? Сообщали, что всю эту неделю Ретро стоял – некому было его седлать.
       По пути выломала палочку-хлыст. Сумка моя трещала от угощений. Прибегаю на базу и первым делом - в вагончик, как всегда. Переодеться. Заходит Олька Березуцкая:
       - Оля, иди с Ретро попрощайся. Его увозят. Выведи его.
       У меня отнялись руки и ноги. Слёзы отчаяния и страшной потери хлынули из глаз. В таком сломленном состоянии я просто физически не смогла бы вывести застоявшуюся лошадь. Страшная весть словно подрубила жизненные силы. Но бормотала я всякую чушь:
       - Не хочу! Не могу собственноручно его отдать! Пусть его выводит кто-то другой! За неделю я отвыкла от него, вот и пусть всё останется в прошлом!
       Оля вышла. А через несколько минут я услышала быстрый, очень знакомый перестук копыт и игривое ржание жизнерадостной лошади: Таня вывела Ретро. Его завели в кузов грузовика.
       В отчаянии теперь я ругала себя – идиотка, не вывела коня, даже не попрощалась с ним совсем!
       Девчата молча, кто с сочувствием, кто равнодушно (это которые постарше: они такое видят не впервые и даже, скорее всего, сами переживали подобное) бродят по вагончику:
       - Идём, хоть глянешь на него в последний раз!
       - Не хочу. Не могу…
       Поплелась в конюшню. Денник Ретро раскрыт настежь и пуст. Это очень непривычно. За последние четыре месяца я привыкла, что тут всегда стоит мой конь, и денник пустеет лишь тогда, когда вывожу его оттуда. Находясь возле распахнутого денника, всегда держала в поводу Ретро. А теперь… Одиноко стою возле пустой "квартиры" любимой лошади…
       Я плакала и в деннике, присев на кормушку, такую знакомую. Здесь жил мой конь. Теперь его здесь нет, и он больше не мой. И не надо было обольщаться и строить воздушные замки: моим он никогда не был. Государственный...
       Увозили Ретро в Славянск. Хорошо, что всё же не другая республика. Донецкая область.
       Но… три с половиной месяца – 100 дней – жить мыслями только о своей лошади, всё свободное время посвящать одной лишь ей и тут… Без моего согласия…
       Конечно, кто я здесь? По сути, никто. Не звезда конного спорта и не известно, смогу ли ею стать. Но почему продали именно Ретро? У нас стоят десятки молодых жеребчиков и кобылок, все очень перспективные, но только один-два из них смогут попасть в Большой спорт. И то, если их не сломают раньше времени. Почему выбрали именно Ретро? Он что – хуже всех? Но нет, с ним едет Брасс и туда же, в Славянск, уже уехал Брезент – великолепные двухлетки, ими восхищаются все от мала до велика. Значит, лучше других? Но зачем разбрасываться отличными лошадьми?
       Нет ответа.
       (Спустя много лет я нашла ответ на свой давний вопрос. В Славянске организовывали конно-спортивный клуб, филиал нашей КСБ "Локомотив". И для успехов в спорте клубу были нужны хорошие спортивные лошади. Взрослые обученные (типа Верного) и перспективный молодняк (Ретро, Брасс, Брезент). По слухам, Брезент погиб, не дотянув до трёх лет. Не знаю. как остальные -  но Ретро точно сыграл немалую роль в становлении клуба).

       Жалея своего «будённовца» и кляня его за подлые выходки, я никогда не задумывалась о том, как много значит он в моей жизни. Какое огромное, невероятно огромное место занимает – во времени, помыслах, делах, мечтах…

       В конце концов, отплакав, решилась глянуть на Ретро в последний раз. Высоко над головой в кузове грузовой машины стояли три лошади, хвостами на выход: прекрасный рыжий жеребчик Брасс; очень прыгучий, но с серьёзной хромотой рыжий мерин Верный; и мой (ах, уже не мой!), самый высокий из троицы, ненаглядный рыженький Ретро…
     Только хвосты могла я увидеть и три рыжих крупа. Но даже заднюю часть тела своей лошади не могла спутать ни с каким другим конём на свете.

"Прощай, мой товарищ, мой верный слуга,
Расстаться настало нам время…"



       Не смогла долго глядеть на эту душераздирающую картину, вновь заревела и ушла, спряталась ото всех в углу вагончика. В этот день я не седлала. Фёдорыч видел, что я на базе. Но наверняка понял, почему не седлаю. Даже другую лошадь. В его жизни наверняка бывали подобные ситуации, ведь спорт – жесток. Лошади в нём – лишь спортивные снаряды, и места для сантиментов нет. Всё диктуется целесообразностью для достижения лучших спортивных результатов в соревнованиях.
       (И девочки, льющие слёзы по таким "пустякам", как расставание с лошадью, которая никогда на самом деле не принадлежала им, только раздражают. Это сейчас разрешено держать лошадей в частной собственности. Хочешь любви по гроб жизни с единственным верным, как собака, конём – покупай своего. Оплачивай его содержание, воспитывай, учись у опытных спортсменов – и да будет тебе счастье. Держать своего коня невероятно трудно и дорого, не каждому по средствам. А во времена СССР вообще без вариантов  - только государственные кони, и распоряжаться их судьбой всадник не мог никаким образом. Но понять эту жестокую реальность, а главное – принять умом и сердцем, невероятно, невозможно в 15 лет! Особенно если ты чист и открыт всему миру, свободен от цинизма и пошлости… В этом возрасте все эмоции остры, как бритва, все события воспринимаются ярче, романтичнее, болезненней...
       Эх, до чего же суровой ШКОЛОЙ ЖИЗНИ оказалась для меня конно-спортивная школа олимпийского резерва! Как много хорошего и плохого почерпнула я из её уроков! И как же это пригодилось мне в дальнейшей жизни, с лошадьми и без них!
)
       Услышав шум мотора на улице, выскочила из вагончика, как была – без шапки и без куртки. Сердце остановилось…  За поворотом скрывался грузовик, увозивший мою самую первую, МОЮ лошадь… Навсегда…
       Вспомнила времена, проведённые с «будённовцем» в конюшне, манеже, поле… Навсегда ушедшее прекрасное прошлое…
       Ретро во многом оказался для меня символом.
       Он – моя первая персональная лошадь в спорте (вторая и последняя - Амга).
       На нём я впервые в жизни ездила В ПОЛЕ.
       Он – единственная лошадь, с которой я так много падала (аж 10 раз за три с половиной месяца! (для сравнения - с Амги за шесть месяцев упала всего один раз)).
       Он – первая лошадь, которую я самостоятельно кое-чему научила.
       Он – единственная лошадь, о потере которой я так убивалась.
       В то время, когда я общалась с Ретро, в Донецке свирепствовала такая зима, какой до этого не было и, надеюсь, не будет. Для того, чтоб повторилось такое, нужен второй взрыв на Чернобыле.



ЭПИЛОГ
       В мае к нам на сборы приехали ребята из Славянска, и я интересовалась у них, как поживает Ретро. Они сказали, что в основном, стоит. Всадников не хватает, ездить на нём некому. Если кто выкроит свободное время – выведет его на корде побегать.
       Через какое-то время пришла непроверенная информация, что с июня Ретро стали седлать регулярно. Но он оказался крутого нрава – ловко избавлялся от всадников, кусался и бил ногами. «Будённовец» считается там самой дурной лошадью, никто ездить на нём не хочет. От препятствий Ретро шарахается – на фига такой конь в спорте нужен?
       И сжало сердце – неужели пропала перспективная спортивная лошадь? Пропала бесценная кровь? И мои труды пошли насмарку. Почему «братья-славяне» удивляются, как я ездила на таком зверюге? Очень просто – чего вы там четыре месяца с ним не занимались? Взрослая лошадь оборзеет за такой срок от безделья, а что говорить о молодом, полном сил жеребце? Который смирился только потому, что с ним работали ежедневно. Неделю проболеешь – он уже не такой, каким его оставляла. А тут – четыре месяца!
       Ведь даже по наследству кровь ему досталась бунтарская: скаковики вообще нервные, а, кроме чкв, «будёхи» несут крови вольных донских лошадей. И при сложившихся обстоятельствах кровь дала о себе знать.
       А ведь у меня он и в сборе бегал (вот не могу промолчать, хотя уж сколько раз акцентировалась на этом - КАКОЙ, на фиг, СБОР??? А такой, каким его понимали окружающие меня люди), и почти не кусался – только так, играючи, прикусывал. И ногами не бил. И прыгал так, что только держись.
       А у них – закидывается.
       Бедный мой Ретро!..
      Много раз собиралась поехать в Славянск к Ретро, но всё никак не получалось. Я снова ежедневно ездила на одной и той же, и тоже чудесной, молодой лошади – украинской верховой Амге. И тоже полюбила её всем сердцем, и всё свободное время отдавала ей. Отлучиться для поездки в другой город было проблематично. Закружили другие дела. Ушла острота переживаний.

       А осенью 1987 г я решительно и резко перевернула свою жизнь - оставила конный спорт. (Об этом - в шестой части Дневника - "Амга").

       И вот спустя три года, летом 1990 г., гуляя с собакой Яриком по набережной Кальмиуса, встретила Таньку Исакову.
       - Ты видела фотку Ретро в газете? – с ходу сообщила она.
       - Нет. А где?
       - Пойдём, покажу.
       Всю дорогу до её дома я дрожала от нетерпения. Что за фотография, какой он там?
       - Прыгает через барьер, - словно угадывая мои мысли, докладывала Таня.
       Я представила себе газетные снимки прыгающих коней и поморщилась. Все они были плохого качества и сделаны с большого расстояния.
       Наконец, газета у меня в руках. И на первой же странице, почти в четверть её, вижу великолепный снимок взвившейся над барьером лошади. «Неужели это он?" – думала я, разглядывая до боли знакомую белую проточину с двумя тёмными пятнышками между ноздрей и вздувшиеся в напряжении могучие мышцы.
       Как он изменился! Раздался вширь, физически окреп, заматерел. Голова уже не кажется непропорционально большой, и уши не такие "лопухи" - корпус догнал и перегнал те части тела, что сформировались раньше. Породистый тонкий храп, как у любой классной лошади. Шерсть короткая и блестящая. Прыжок мощный, с большим запасом и хорошей техникой. Таким я и хотела его видеть, таким и полагала, что он станет. Единственный мой ошибочный прогноз – Ретро стал не «цвета червонного золота», а просто золотисто-рыжим. Очень посветлел.
       Вот какое качество снимка! Всё можно разглядеть – напряжённый взгляд, трепещущие ноздри; одно ухо направлено на всадника, другое – на фотографа. Умница – на барьер идёт смело, но и следит за обстановкой!
       Молодцы, славяне. Именно об этом я и мечтала – чтоб Ретро стал таким.



       Под снимком надпись на украинском языке: «Дмитрий Монтьев на Ретро преодолевает препятствие». И небольшая статья «Мчите, вороные и буланые!». Автор – А.Фёдоров. Отрывок из статьи, касающийся лошадей:
       «Итак, клуб. В нём 37 коней, десять из которых – спортивные. А занимаются тут 70 юношей и девушек. Тренеры у них – супруги Виктор и Валентина Слепнёвы. Спросите про успехи? Что ж, кое-чего воспитанники клуба достигли. Владимир Маслий и Дмитрий Монтьев стали призёрами республиканского первенства среди юниоров».
       Значит, и Ретро стал призёром республиканского первенства. Прекрасно! Спасибо вам, супруги Слепнёвы!
       На снимке Ретро берёт барьер в поле, не в манеже. Но препятствие не «мёртвое», так что по-прежнему не известно – конкурная он лошадь или троеборная? Но это не важно. Важно, что «вредный, рыжий, прыгучий» работает по своему призванию, если так можно выразиться о лошади. Счастья же вам, здоровья и успехов, милые мои конь и всадник!

       (Ну и напоследок – полная родословная Ретро. Спасибо интернету. И небольшой анализ происхождения этого коня).

       О Ранчо я уже писала, но добавлю свежих сведений:
       «Завод использует жеребцов с высокой спортивной работоспособностью, таких как… Ранчо. Для них составляют специальные подборы» ("Коневодство и конный спорт", 1990г).
       Дед Ретро по отцу – Рубидий, чемпион породы в 1981г.
       «Большую роль в эволюции племенного ядра завода сыграло использование лучшего сына Рубина – Рубидия, 1969 г.р. в к/з им. Будённого… В 1984г. Рубидий уверенно возглавил список лучших по качеству потомства жеребцов в породе.
       Крупный (172/198/21,5), массивный, с отличными конечностями, Рубидий скакал 2, 3 и 4 лет, он – многократный победитель и призёр в традиционных призах.» (Там же).
       Знаменитый на весь мир конкурист, обладавший феноменальной техникой прыжка, будённовский Рейс, связан с Ретро через чистокровного верхового Рубильника, который Рейсу приходится отцом, а Ретро – прапрадедом.

       "Наибольший успех выпал на долю рыжего Рубильника (1953 г.р.) – сына Биографии, дочери Флэш Бая. Рубильник стал победителем традиционных и международных призов. Родословная жеребца построена на кроссе линий Хэрри-Она и Дарк Рональда на фоне инбридинга на Бэй Рональда в степени VI–V, без которого практически не обходится ни один лучший представитель линии. Использование Рубильника в полукровном коннозаводстве стало большим событием в спортивном мире, так как целый ряд его сыновей с успехом выступали в конном спорте.
Потомство Рубильника:
•    Рейс – абсолютный чемпион СССР, на котором в разные годы выступали знаменитые мастера:  Н.Корольков, В.Асмаев, Г.Зотова.
•    Рок – чемпион СССР и спартакиады народов СССР, был пятым в первенстве мира под седлом отличного спортсмена Ю.Солоса. (У нас на КСБ стоял красивущий сын Рока - Разбор. Тоже рыжий, вредный и прыгучий).
•    Робинзон – неоднократный чемпион СССР под седлом великолепного спортсмена Ю.Сальникова.
•    Сын Рейса – Ритмичный; был продан в США, где его переименовали в Ритмикала. Стал членом сборной и чемпионом этой страны, участником Олимпийских игр.
•    Внук Рубильника – Ротмистр; дал отличную троеборную лошадь – Рядового, который под седлом Ю.Сальникова выступал в соревнованиях различного ранга."
Линия Рубильника Брат Рейса по отцу – участник конкура на приз Наций на ХIХ Олимпийских играх в 1968 году в Мехико Pass Op (Ребус), 1960 г. (ч/в Рубильник – Беседка, дон.), выступавший под седлом Нельсона Пессоа также показал великолепные конкурные способности. Кроме того, эта пара была победителем соревнований по конкуру в Аахене в 1970 году, которые по составу участников могут быть приравнены к мировому первенству. Сейчас линия чистокровного Рубильника занимает лидирующее положение и в породе, и среди лошадей буденновской породы, используемых в спорте. Помимо Рейса, непосредственно от Рубильника в производящий состав попали следующие знаменитые жеребцы, которые впоследствии дали спортивных лошадей: Робинзон 19 (Рубильник – Бисеринка) 1966 г.р. – неоднократный золотой призер Чемпионатов СССР по троеборью; Рок 20 (Рубильник – Кассандра) 1964 г.р. – золотой призер первенства Советского Союза по троеборью в 1972 году, участник Олимпийских игр в Мюнхене, призер Чемпионата Мира по троеборью в Англии, призер конкуров ГДР; а так же основатель собствнной линии Рубин 5 (Рубильник – Инкасса) 1962 г.р. | Источник: http://www.goldmustang.ru/magazine/heroes/horses/86.html - © 2014 goldmustang.ru
        Рауфбольд – знаменитый скакун и производитель, сын ведущего производителя ФРГ Олеандра, внук знаменитого стайера и прыгуна Дарк Рональда. Через Рауфбольда Ретро связан со звездой тяжелейшего испытания – Пардубицкого стипль-чеза, троекратным победителем этих труднейших в мире скачек с препятствиями – гнедым Эпиграфом, которому Рауфбольд приходится дедом.
       "Но лучшим из всех работающих в России представителей линии Дарк Рональда следует признать гнедого жеребца Рауфбольда, 1940 г.р. от Олеандера и Рейхенбах. Жеребец крупный, породный, отличного экстерьера, на крепких сухих ногах. Из 17-ти стартов имел 7 первых и 6 вторых мест. Первые 5 лет жеребец использовался на Кировоградской ГЗК, в 1951 году переведен в конзавод «Восход». Дал трех Дербистов: Ранга, Гарнира и Эксперта; трех победителей приза СССР: Рубильника, Брянска (дважды), Гаера и ряд отличных кобыл: Зорюшка от Знатной, давшей от Задорного Всесоюзного рекордиста Заказника; рекордистка Рента от Нинигалет стала основательницей маточного гнезда. Самостоятельное маточное гнездо в конзаводе «Восход» создала другая дочь Рауфбольда – Антарктида от Азбуки, дочери и внучки которой являются лучшими представителями породы. Сам Рауфбольд 6 раз был признан Чемпионом производителей."
       Итак, сколько же благородной, "голубой" крови аристократов английских скаковых несёт в себе Ретро! Какие имена! Какие лошади! На каком сокровище я ездила, да ещё и погоняла!

       На этом повесть о Ретро заканчивается. К сожалению, мне не известна дальнейшая судьба этой лошади. Боюсь, что сложилась она у Ретро типично для высококлассных лошадей: пока был молод и здоров, приносил победы и разряды - был нужен. Но как только неизбежные для спортивной лошади травмы стали давать о себе знать - пошёл в расход. В учебку. Или на мясо... Поводов к оптимизму мало. Опыт подсказывает, что спортивные нагрузки при форсированном или неграмотном тренинге (а такой тренинг - в слишком большом числе конюшен) выводят лошадь из строя в среднем в возрасте около 10-12 лет.
       Однако теплится надежда, что Ретро, успешно выступая в конкуре (или троеборье?) в конце 80-х - начале 90-х, попал в тот поток лошадей-"эмигрантов", что после развала СССР были проданы за рубеж по мясной цене. Может быть, купил его какой-нибудь богатенький дядя. Ведь родословная у Ретро очень и очень впечатляющая для спорта. И прожил там, "за бугром", этот замечательный конь долгую и счастливую жизнь.
       Ну как же хочется в это верить!
      
       Буду очень благодарна за любую достоверную информацию о рыжем будённовском жеребце Ретро.

Продолжение дневника тренировок. "Мои лошади. Амга."
лимузин на свадьбу.
Компания Сансити
Move
-

Путешествия

Top Headline
Move
-

Судовой журнал

Top Headline

Login

Новости

Ноябрь 08, 2017
Послушание Ольга Дмитрук

Сдача норматива "Собака в городе-1"

Сдача норматива "Собака в городе-1" В середине мая 2016 года Аяр принял деятельное участие в клубном мероприятии "Увлекательные старты".Несмотря на преклонный возраст (9 лет 4 мес), показал довольно хорошую работу и вообще ответственно отнёсся к процессу.…
Ноябрь 06, 2017
Мероприятия Ольга Дмитрук

Чемпионат по BgH-1 и BgH-3

21-22 октября 2017 г. в Донецке состоялся Чемпионат ДНР по дрессировке. В программе субботы - соревнования по нормативам BgH-1 и BgH-3 и конкурс фигурантов. В воскресенье - выставка немецкой овчарки и проверка на мужество (мутпроба). Меня в данном…

Кане корсо Яндекс

Июль 07, 2017 122
Изображение по умолчанию
Кане-корсо Яндекс5 месяцев Был оставлен на недельку на пансион вместе с обучением.…

Лабрадор Ральф

Июль 05, 2017 97
Заниматься с Ральфом начали с трёхмесячного возраста. Всей семьёй - мама, папа и сын. Все…

Увлекательные старты

Июль 05, 2017 48
Изображение по умолчанию
"Увлекательные старты" Решили мы самоорганизоваться и устроить небольшой "междусобойчик".…

Мои лошади. Амга

Июнь 16, 2017 155
МОИ ЛОШАДИДневник тренировокЧасть 5. АмгаПредыдущие части:1. Пролог2. Учусь ездить…

Мои лошади. Ретро. Часть 2.

Июнь 16, 2017 259
МОИ ЛОШАДИДневник тренировокЧасть 5. Ретро-2Предыдущие части:1. Пролог2. Учусь ездить…

Как Вы нашли нас?

Через поисковую систему - 0%
Знакомые - 100%
Дали визитку - 0%
Другое - 0%

Total votes: 1
The voting for this poll has ended on: 28 Сен 2013 - 13:30

Контакты

Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

тел.: +38 050 919 53 98

Ольга Дмитрук

Like